Академик В. А. Обручёв в своём очерке знакомит читателя с Джунгарией — регионом, который он многократно исследовал и описал в своих трудах. Он подчёркивает её значение как природного коридора между Центральной Азией и Китаем, важного в историческом, географическом и хозяйственном отношениях. Через эти проходы веками двигались народы, а в будущем здесь могут пройти крупные транспортные линии.
Далее Обручёв описывает природный облик края: чередование степей, пустынь, оазисов, широких долин и сложных горных систем. Он показывает, как разнообразие рельефа влияет на климат, растительность и условия передвижения. Особое внимание уделено формам выветривания, ступенчатому строению хребтов и необычным ландшафтам, таким как «эоловый город».
Завершая, учёный отмечает богатство недр Джунгарии — золото, уголь, нефть и асфальты, — подчёркивая перспективы их освоения. Его рассказ соединяет научные наблюдения, личный опыт экспедиций и стремление пробудить интерес к этому малоизвестному, но важному региону.
28 октября 1938 г. Академия наук и вся научная общественность праздновали 75-летие жизни и 50-летие научной деятельности акад. Владимира Афанасьевича Обручёва. В ответ на приветствия В. А. Обручёв выступил с кратким сообщением о своих научных работах и, в частности, рассказал о подготовляемой им книге о путешествиях по Джунгарии в 1905, 1906 и 1909 гг. Редакция приводит ниже выдержки из материалов этой не опубликованной ещё книги, специально обработанные автором для читателей журнала «Техника — молодёжи».
 |
| Академик В. А. Обручёв. |
Последний год я занимался в Академии обработкой своих наблюдений в Джунгарии и составил геологический очерк этой страны, чтобы затем перейти к окончанию отчётов о моих путешествиях в Центральную Азию и Китай.
Джунгария в целом — это северный широкий рукав Центральной Азии, тянущийся между цепями Монгольского Алтая и Восточного Тянь-Шаня на запад до широкой впадины озёр Эби-Нор, Ала-Куль и Балхаш. Та часть Джунгарии, которая граничит с нами и с Китаем, представляет её западную часть. Эта страна привлекает к себе внимание тем, что в её пределах горные цепи системы Алтая сменяются цепями Тянь-Шаня, и географы затрудняются провести точную границу между теми и другими. Джунгария интересна для нас ещё своим историческим прошлым и возможностями экономического развития в будущем.
Громадная площадь прежней Китайской империи, с севера и запада почти на всём протяжении ограничена высокими, часто вечно снеговыми хребтами. На этой карте (1) вы можете проследить их от Кяхты на востоке до Памира на западе. Эти горы издавна затрудняли сообщение между Китаем с одной стороны, Сибирью и Средней Азией — с другой и были одной из главных причин многовековой замкнутости Китая.
 |
| Карта 1 |
Но в одном месте этого естественного барьера, именно там, где горную систему Алтая сменяет горная система Тянь-Шаня, имеется несколько глубоких разрывов. Они-то и расположены в Джунгарии и всегда служили воротами, через которые народы Азии двигались с востока на запад и с запада на восток. Через эти исторические ворота прошли в XIII веке орды Чингиз-хана во время вторжения в Россию. Эти орды состояли не из одних только воинов; их сопровождали жены и дети, и многочисленные стада, и через высокие перевалы они не могли бы пройти. Разрывы в горных цепях Джунгарии открывали удобный путь, с пастбищами и водой.
Джунгария имеет и большое экономическое значение, так как через неё проходит наиболее удобный и лёгкий торговый путь между Казахстаном и западной китайской провинцией Син-Цзянь. В будущем, когда по одному из разрывов в горах пройдёт железная дорога, это экономическое значение ещё возрастёт.
Если мы соединим на глобусе дугой большого круга Москву и Нанкин, то дуга, представляющая кратчайшее расстояние между этими городами, пройдёт через Джунгарию. Поэтому вполне естественно представить себе, что со временем, когда установится прямое сообщение по воздуху между этими городами, трасса пассажирских самолётов будет пролегать по этой дуге. На половине пути самолёты и паровозы найдут готовые запасы топлива, так как именно в этой части Джунгарии мы встречаем месторождения нефти и угля.
Джунгария интересна для нас в разных отношениях: историческом, географо-геологическом и экономическом, и познакомиться с её природой полезно молодому читателю. На карте 2 эта страна показана в более крупном масштабе. В длинной впадине, окаймлённой горными цепями, протянулся ряд озёр: Балхаш, Ала-Куль, Эби-Нор. Вы видите три разрыва в горах. Первый, который называют Джунгарскими воротами, пролегает по впадине этих озёр с северо-запада на юго-восток и выходит за озером Эби-Нор в широкую долину реки Куйтун, отделяющую цепь Майли-Джаир от громад восточного Тянь-Шаня. Вдоль подножия последнего тянется большой китайский тракт из Кульджи через города Шихо и Макас в Урумчи, столицу Син-Цзяня. Этот разрыв самый прямой и удобный. Лёгкое сообщение зимой несколько затрудняют свирепствующие в воротах сильные ветры ибэ.
 |
| Карта 2. |
Второй проход тянется от озера Ала-Куль на восток вверх по широкой долине реки Эмиль, затем поворачивает на юго-восток по широкому разрыву между хребтами Барлык и Уркашар, огибает с востока конец хребта Майли-Джаир и выходит в ту же долину реки Куйтун, пересекая её около города Шихо или города Манас на китайском тракте. Этот проход также удобен, но он не прямой; сократить путь можно, направляясь по китайскому тракту из города Дурбульждина в Шихо, пересекающему через невысокий перевал хребет Майли-Джаир.
Третий -проход находится севернее, между хребтом Саур и Южным Алтаем, и ведёт из долины озера Зайсан к озеру Улюнгур в китайских пределах. В этом проходе можно использовать верховья Иртыша, так называемый Черный Иртыш, впадающий в озеро Зайсан. По нему уже ходят пароходы, поддерживающие сообщение с районами Син-Цзяня, лежащими в Монгольском Алтае. Но этот проход имеет громадный недостаток: он выходит прямо в пустыню, в Джунгарскую Гоби, и, для того чтобы попасть на юг, на караванный путь в Китай, надо пересечь эту пустыню. Наибольшие удобства, таким образом, для сообщения с Китаем имеют два южных прохода.
*
В Джунгарии горные цепи постоянно чередуются с широкими долинами, по которым пролегают описанные проходы. Познакомимся сначала с характером этих долин. Они представляют то луга, то степи, то пустыню с постепенными переходами. Вот долина реки Эмель к её западной части к югу от города Чугучака (фото 1). Это степь с зарослями чия — растения, достигающего роста человека или даже высоты всадника. Он растёт отдельными пучками, но стебли его так жёстки, что их не ест даже верблюд. На снимке видны мои спутники: наш проводник Мухарямов и мои сыновья, ученики средней школы, впервые отправившиеся в экспедицию.
Южнее, вдоль русла реки Эмель, чиевая степь переходит в обширные заросли камышей. Поднимаясь по подножию хребта Барлык, мы встречаем затем полынную степь, усеянную мелкими кустиками полыни, в промежутках между которыми везде выступает голая почва. На переднем плане (фото 2) мы видим дорогу, состоящую из ряда отдельных тропинок.
А вот и настоящая пустыня (фото 3), окаймляющая берега реки Дям и восточный конец хребта Майли-Джаир. Здесь две широкие долины сливаются в одну, называемую Сырхын-Гоби. Приставка «гоби» уже указывает на её характер. Целые километры пути почти лишены всякой растительности, усыпаны только щебнем и галькой, почерневшими от так называемого пустынного «загара» — очень тонкой черной и блестящей корочки. Этот загар покрывает не только щебень и гальку, но и все утёсы и удручает геолога, скрывая от него естественный цвет и вид горных пород. Утёсы словно вымазаны блестящим дёгтем, и, чтобы узнать состав и цвет пород, нужно, беспрерывно работать молотком, отбивая углы или ребра.
Но везде, где есть вода, где текут речки и ключи, дно долин представляет собой оазисы с зарослями камыша, кустов, деревьев (ива, тополь).
Многие горные цепи Джунгарии имеют более или менее широкие, ровные гребни, в которые с обеих сторон врезываются плоские лога и долинки. Постепенно углубляясь, эти последние переходят в ущелья и расчленяют оба склона хребта (фото 4). Поэтому при взгляде издали в продольном профиле эти хребты похожи на столовые высоты, как показывает фото 2, изображающее хребет Джаир с севера. Только подъехав к самому хребту, вы увидите его расчленённость и по глубоким ущельям или тесным долинам (фото 5) будете подниматься на его склоны. Здесь текут речки, часто окаймлённые деревьями и кустами; растительность богаче и разнообразнее, чем в широких долинах.
Поднявшись до верховьев ущелья, вы попадаете на поверхность гребня и видите здесь обширные ровные или слабо волнистые площади, представляющие степь, поросшую мелкой травой. Это — поверхность хребта Джаир, по гребню которого проходит главная караванная дорога страны. По этому же гребню можно проложить и железную дорогу.
Но не все хребты имеют такие ровные гребни; очень узкие сильно расчленены размывом и превращены в дикие скалистые цепи. Самые высокие хребты также сильно расчленены и имеют зубчатые альпийские формы. Вот, например, гребень хребта Кер-Тау, высшей цепи Барлыка. Здесь до половины лета лежат поля снега (фото 6).
Более широкие хребты Джунгарии разбиты на «несколько ступеней разной высоты. На более высоких сохранились остатки прежней ровной поверхности, тогда как низкие ступени превращены в так называемый мелкосопочник — скалистые или сглаженные горки и холмы с лабиринтами долин и впадин между ними. Вот, например, долина реки Чалгай (фото 7), врезавшаяся в мелкие горы средней ступени хребта Майли. Река так густо окаймлена кустами, что тропе по временам приходится подыматься на склоны долины. А вот вторая ступень хребта Джаир (фото 8). Она представляет собой местами мелкосопочник, местами ровную пустыню с кустами. На горизонте видна третья ступень, которая поднята на 200—300 метров выше второй, и вся превращена в мелкосопочник. Граница между ступенями пролегает по линиям больших разломов, называемых сбросами. Вдоль границы между второй и третьей ступенями Джаира по прямолинейному разлому на 40 километров тянется долина реки Дарбуты.
В горных цепях Джунгарии нередко крупными массивами выступает гранит, представляющий интересные формы выветривания. Скаты его местами точно изъедены гигантскими червями, прогрызавшими себе ходы. Вот, например, три ниши в граните (фото 9), соединённые в глубине сплошной галереей, по которой может пролезть человек. Иногда, как вы видите здесь на снимке (фото 10) — там, где лежит один из моих спутников, сохраняется один маленький столбик от той перегородки, которая когда-то разделяла две ниши. Теперь это такой тоненький столбик, что его можно легко выломать рукой.
А вот поверхность другого гранитного массива — камень на четырёх ножках, оставшийся от целого слоя гранита, уже уничтоженного выветриванием и размывом (фото 11). Возле камня стоят мои спутники двух последних экспедиций. Более высокий слева — это М. А. Усов, тогда студент-геолог Томского технологического института, впоследствии известный исследователь Сибири, профессор того же Томского института. В 1939 г. он был избран членом Академии наук СССР, но летом неожиданно умер. Второй — это мой сын Сергей, тогда ученик средней школы. Он тоже впоследствии много путешествовал.
Из полезных ископаемых в Джунгарии встречается рассыпное и рудное золото. Его добывали здесь до половины XIX века многочисленные китайские рудокопы. В конце XIX века русско-китайская компания купцов пыталась возобновить разработку этих рудников, но потерпела неудачу из-за неправильной постановки дела. А золота в Джаире осталось много. Китайские рудокопы могли добывать его только выше уровня грунтовых вод, то есть до глубины в 20—30 метров, так как работы велись совершенно примитивно. Шахты проводились без крепления и напоминали норы. В них живут теперь волки и лисицы.
Много в стране также угля. На фото 12 прекрасно видна складчатость угленосных отложений у северного подножия Джаира. Здесь мы видели китайские угольные шахты, разрабатывающие пласт угля до 4 метров толщиной. У южного подножия Джаира те же отложения залегают очень полого, сильно размыты и содержат более тонкие пласты угля. На фото 13 они выступают в виде черных полос на башнях.
Наиболее интересное полезное ископаемое Джунгарии — нефть, нахождение которой совершенно нельзя было здесь ожидать. У южного подножия Джаира мы натолкнулись на целый ряд холмов. Каждый из них состоит из асфальта и сгустившейся нефти. На вершине холма нефть выходит вместе с водой, затем небольшими ручейками стекает по склонам. Вот выход нефти на вершине одного из этих холмов (фото 14). Это небольшая лужица с водой. Из неё постоянно поднимаются пузырьки газа. На поверхности появляются плёнки нефти, которые потом стекают вниз. Несмотря на то, что нефть вытекает вместе с водой, последней можно пользоваться для питья. Она пресная, но только сильно пахнет сургучом.
*
В нижнем течении реки Дям асфальты другого рода залегают в виде жил (фото 15). Черная полоса, которая тянется по гребню холма, представляет собой сплошную жилу асфальта. Мощность её достигает метра. По своему химическому составу обнаруженный асфальт оказался совершенно отличным от других видов асфальта.
Эти выходы нефти и асфальта окаймляют с севера долину реки Куйтун между хребтом Майли-Джаир и восточным Тянь-Шанем. У северного подножия Тянь-Шаня по южной окраине той же широкой долины в нескольких местах выходит жидкая нефть. В городе Шихо прежде был маленький керосиновый завод.
Судя по геологическому строению Джунгарии, возможно, что цепь нефтеносных отложений в долинах озёр Эби-Нор (фото 16) и Ала-Куль продолжается и в пределах Казахстана до линии Турксиба.
Процессы выветривания создали в низовьях реки Дям из мягких пород — песчаников и глин — очень интересное сочетание многочисленных утёсов и оврагов, напоминающее развалины большого города с башнями, стенами, улицами и памятниками. Я назвал эту местность эоловым городом и сделал здесь много фотоснимков, а мой сын снял план этого города. Вот утёс, очертания которого напоминают фигуру сфинкса, лежащего на высоком пьедестале (фото 17). А вот огромный массив, похожий на старинный замок (фото 18).
Иллюзию развалин разрушенного древнего города довершают шары конкреций (шаровидные образования извести в песчаниках), которые часто торчат из стен в виде старинных ядер, а также обилие белого гипса, усыпающего «улицы» и «переулки» наподобие битого стекла.
В этом кратком очерке нельзя было, конечно, охарактеризовать богатое разнообразие природы Джунгарии, представляющей все переходы от альпийских горных вершин с вечными снегами до пустынного мелкосопочника, лишённого растительности и воды, от богатых оазисов на речках и ключах до голых площадей, усыпанных почерневшим щебнем. Немногочисленные фотоснимки могут дать молодому читателю лишь общее понятие об этой интересной стране, об этих воротах в Китай — в страну древнейшей культуры в прошлом и богатых возможностей в будущем.
Интересующиеся Джунгарией найдут более подробные материалы о ней во втором выпуске третьего тома моего труда «Пограничная Джунгария», который в ближайшее время выходит из печати в издательстве Академии наук.
Комментариев нет:
Отправить комментарий